Состояние газохимии: энергокризис не помеха — проблемы будут, но не у всех

Состояние газохимии: энергокризис не помеха — проблемы будут, но не у всех

Несмотря на высокую волатильность цен на энергоносители, отдельные страны продолжают инвестировать в газопереработку, а перед некоторыми предприятиями из отрасли открылись определенные возможности для повышения конкурентоспособности.

2021 год наглядно показал, как сильно скачки цен на нефтяных и газовых рынках могут влиять на различные отрасли, связанные с энергетикой во многих уголках мира. 6 октября 2021 года индикатор цен на газ в Азии JKM для ноябрьских спотовых поставок СПГ обновил рекорд, достигнув $2012 за 1 тыс. кубометров. В начале того же месяца в Европе на биржах также фиксировались рекордные цены на фьючерсы, которые в определенный момент достигали почти $2000 за 1 тыс. кубометров газа.

Подобные условия объективно влияют на газоперерабатывающую отрасль в разных странах. Да, 11 октября стоимость фьючерсов на газ в ЕС понизилась почти до $1000 за 1 тыс. кубометров. В Азии сейчас цены тоже уже не такие астрономические, как в первых числах октября. Однако ситуация все равно сильно отличается от той, когда на рынке Евросоюза и в азиатских странах цена в среднем не превышала $200-250 (а в докоронокризисные годы, когда не было этого хаоса с волатильностью цен, стоимость на газ была и того ниже).

В последние годы в мире появлялось все больше проектов по переработке природного газа. К примеру, еще до пандемии, в 2019 году Chevron Phillips Chemical и Qatar Petroleum подписали соглашение о модернизации и создании новых мощностей для газохимического комплекса в индустриальной зоне Рас Лаффан. Цель — оптимизировать утилизацию этана, производимого на заводе North Field LNG по созданию СПГ. Комплекс, который могут запустить в 2025 году, должен производить 1,9 млн т/год этилена, а также 1,68 млн т/год полиэтилена.

Параллельно с этим в мире увеличивались производственные мощности на уже существующих объектах. В 2019 году в США объемы наращивали ведущие производители газохимической продукции: Chevron Phillips Chemical, Dow, ExxonMobil, INEOS Olefins & Polymers, LyondellBasell и Shell Chemical. Производство полиэтилена выросло до 22,6 т в год (в 2018-м было 22,3 млн т), а этилена — до 31,4 млн т. Даже в коронавирусный 2020 год, по данным EIA, производство этилена в США выросло почти до 40 т в год.

В 2018 году объем производства этилена в России увеличился на 4,6% и составил 2,9 млн т. В 2019 году этилена было выпущено на 0,2% меньше, однако уже в 2020-м его производство выросло на 38,4% — до 4 млн т (выпуск полиэтилена увеличился на 61% — до 2,9 млн т). Увеличение объемов производства продукции газохимии, включая минеральные удобрения, сохранялось в последние годы среди всех ведущих в этой отрасли стран.

Однако в 2021 г. появилось множество факторов, которые не только играют на руку газоперерабатывающим предприятиям, но и создают проблемы. Еще в феврале этого года в отчете S&P Global говорилось о том, что в первом квартале 2021-го на мировом рынке полиэтилена ожидается избыток предложения. Однако майский доклад аналитиков из ICIS показал, что за январь–апрель 2021 года в Китае снизился спрос (по сравнению с показателями IV квартала 2020-го) на полиэтилен высокой плотности (на 12%) и полипропилен (на 8%).

Читайте также  Мероприятия по повышению энергоэффективности прошли в Ташкенте

При этом COVID-19 продолжает вносить неопределенность в прогнозирование производственных мощностей газохимических компаний. С одной стороны, спрос на полимеры (важнейший продукт газоперерабатывающей промышленности) снизился в автомобильной, строительной, электронной отраслях. С другой стороны, он повысился для товаров медицинского применения, продуктов питания, упаковочных пленок, бытовой техники.

Из-за роста цен на энергоносители с начала 2021-го у многих компаний, занимающихся газопереработкой, нет четкого понимания, насколько дорогим в ближайший год окажется природный газ и его составляющие: пропан, бутан, метан, необходимые компоненты для производства удобрений, сера и т. д.

Уже в конце лета отдельные газоперерабатывающие предприятия столкнулись с потенциальной нехваткой сырья для своей работы.

В августе 2021 года, как сообщила Japan Chemical Daily, японские компании, импортирующие полиолефин (универсальные термопласты, в число которых входит полипропилен, полиэтилен низкой плотности, полиэтилен высокой плотности и т. п.) выразили крайнюю озабоченность тем, что ведущие поставщики полиолефина в мире «отдают приоритет продажами именно Китаю и Западу».

«Всплеск роста стоимости сырья для нефте- и газопереработки в мире влияет на маржинальность компаний из газохимической отрасли. В настоящее время требования, предъявляемые к трансфертному ценообразованию, предполагают отклонение от рыночный цены не более чем на 20%.

Развитие нефтехимических проектов будет зависеть от темпов развития ВИЭ в мире и реализации анонсированной стратегии по сокращению углеродного следа. Особенно это касается Европы. При этом важную роль в перспективе сыграет и новый инвестиционный цикл в ВИЭ и электромобилях, который влечет за собой рост новых производственных мощностей, генерацию дополнительной энергии и рост потребления других видов ископаемых», — считает гендиректор ООО «НААНС-МЕДИА», доцент кафедры международной коммерции РАНХиГС при президенте РФ Тамара Сафонова.

Эксперт подчеркнула, что для оценки эффективности проекта важно проанализировать множество его показателей. При запуске проекта важно располагать гарантиями сбыта производимой продукции, если речь идет об экспорте.

«Привлечение инвесторов к постройкам новых газоперебатывающих объектов, заинтересованных в дальнейшем в приобретении выпускаемой продукции, снижает риски невостребованности продукции в будущем.

В то же время структура российского импорта нефтехимической продукции требует замещения на отечественную продукцию, что является „окном возможностей“ для российской нефтехимии»,

— резюмировала Тамара Сафонова.

В этом случае обезопасить себя можно за счет создания консорциумов, как это видно на примере Амурского ГХК, где в проекте участвует Sinopec. Инвестиции китайской компании гарантируют такому ГКХ в будущем спрос на его продукцию в Азии. А вот в Европе риски для сбыта газохимической продукции (если мы говорим о российском экспорте) несколько выше. Рынок газохимии ЕС становится более непредсказуемым из-за климатической повестки. К примеру, во Франции с 2022 года на законодательном уровне запретят использовать пластиковые тары для хранения фруктов и овощей. Подобные нововведения могут создать дополнительные сложности со спросом для будущего российского комплекса в Усть-Луге.

«Конечно, для, скажем, европейской отрасли газохимии стоимость на природный газ играет серьезную роль, а значит у российских и других предприятий, которые находятся на территории стран-экспортеров углеводородов, будет определенное преимущество. Но его не следует переоценивать, поскольку многое зависит еще и от внутренних регуляторов, которые серьезно влияют на цены.

Более того, чтобы комплекс по производству аммиака и метанола себя окупал и приносил деньги, надо чтобы в регионе, где он расположен, была хорошая покупательская способность, а малый бизнес мог бы эту продукцию потреблять.

Читайте также  Прощание с евро: россияне почувствовали введение отрицательных ставок в Европе

Если этого не будет, то такой завод обречен отправлять свой товар на экспорт в другие страны, а там уже, особенно если активно продавливают климатическую повестку, нет гарантированной стабильности спроса»,

— рассказала «НиК» председатель Комитета по экономике Ассоциации нефтепереработчиков и нефтехимиков, профессор, доктор экономических наук Тамара Канделаки.

Если говорить о России, то перспективы у газохимии весьма неплохие, особенно в тех регионах, где, во-первых, хорошо развита логистика, включая магистральные газопроводы, а во-вторых, где есть большое число трудоспособного населения и развитый бизнес, которые в своей сумме эту продукцию могут потреблять.

Однако эксперт подчеркнула, что для успеха любого проекта еще очень важна и проработка рынка. Это значит, что в сегодняшней конфигурации потребляющих отраслей в России проекты должны иметь не только гарантированный рынок сбыта на внутреннем потреблении, но и быть экспортно-ориентированными. Если тандема «внутреннее потребление и экспорт» не будет, то проекты могут стать провальными.

«В целом, газохимическая промышленность, независимо от стратегий по декарбонизации в разных странах мира, все равно будет развиваться. Проблема лишь в том, что такой процесс был бы намного быстрее, если бы не скачки цен на сырье. Из-за этого мы сегодня и наблюдаем сильную волатильность цен на различных рынках газохимии, а также определенную разбалансировку спроса и предложения», — сказала Тамара Канделаки.

На этом фоне правительство и крупные нефтегазовые компании в России все чаще стали уделять внимание к газохимическому производству. Появляются все новые проекты и активно реализуются уже одобренные:

Газпромбанк, ВЭБ.РФ, ВТБ и «Русхим газ» подписали в начале сентября 2021 года соглашение об организации финансирования нового газохимического проекта в Ненецком автономном округе на территории Арктической зоны РФ. Речь идет не только о разработке газоконденсатных месторождений, но и о создании завода по производству метанола мощностью 1,8 млн т в год;

Ведется постройка Амурского газохимического комплекса (ГХК), активы которого принадлежат СП СИБУРу и Sinopec. В сентябре 2021 г. степень готовности объекта составила более 23,3% (производственная мощность комплекса составит до 2,7 млн т этилена в год);

В сентябре этого года глава Минфина Антон Силуанов заявил, что проект создания комплекса по переработке этансодержащего газа в районе Усть-Луги может получить 900 млрд руб. из ФНБ до 2024 года. В октябре в рамках Петербургского международного газового форума «Газпром», Linde GmbH и «РусХимАльянс» подписали ряд договорных документов, касающихся реализации этого проекта;

7 октября президент ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов вместе с и. о. первого зампредседателя правительства Ставропольского края Андреем Хлопяновым дали старт постройке второй очереди газоперерабатывающей установки на нефтехимическом заводе ООО «Ставролен» в Буденовске. Объемы переработки природного и попутного газа на таком объекте должны составить до 5 млрд кубометров в год.

При этом наблюдается растущая поддержка газохимии со стороны правительства. В России со следующего года введут обратный акциз на пропилен. Со 2 января 2022 года компаниям предоставят удвоенный налоговый вычет (9000 руб./т для этана и 4500 руб./т для СУГа). Чтобы его получить, компания до 2027 года должна инвестировать не менее 65 млрд руб. в обновление производства. В определенном смысле Россия следует тренду, инвестируя и стимулируя отрасль газохимии, причем несмотря на высокую волатильность цен на энергоносители на различных рынках.

Читайте также  Совет исполнительных директоров Всемирного банка утвердил финансирование в размере $99,3 млн для нового проекта по расширению устойчивого энергопользования в Беларуси, сообщили БЕЛТА в банке.

В беседе с «НиК» гендиректор «Центра отраслевых исследований» Андрей Костин отметил, что сегодня выигрывают те, у кого стоимость природного газа ниже, т. е. среди них, конечно, будут российские предприятия. Но это не значит, что мы на пороге глобального передела мирового рынка. Нынешняя рыночная стоимость углеводородов, в первую очередь природного газа, не может удерживаться на таких отметках вечно — она обязательно снизится.

У главных поставщиков продуктов газохимии (метанол, азотные удобрения) — России, США, Саудовской Аравии, ОАЭ, Ирана — достаточно самостоятельное внутреннее ценообразование на газ. Поэтому рекордные фьючерсные цены в Европе в целом не ведут к аналогичному рекордному росту издержек в глобальной газохимической отрасли.

«На продукцию газохимии, особенно минеральных удобрений, всегда будет спрос. Население на планете становится все больше, сельское хозяйство регулярно увеличивает объемы производства, а значит, удобрения будут всегда нужны.

Именно поэтому тектонических сдвигов на рынке газохимии не будет, максимум это изменения локального характера.

К примеру, на европейском рынке, где многие заводы уже закрываются, для американских и российских компаний есть шанс сейчас заключить новые долгосрочные контракты.

Но Европа — это лишь небольшая часть мирового рынка», — говорит Андрей Костин.

По мнению эксперта, от сегодняшней конъюнктуры пострадают главным образом Африка и Южная Америка, т. е. государства, где нет своей масштабной добычи газа и производства удобрений, как в США, РФ и Саудовской Аравии, а также там, где нет независимого ценообразования на энергоносители. Именно в таких странах возросшие издержки на покупку продукции газохимической отрасли будут в основном переложены на конечного потребителя. Рост стоимости удобрений будет включен в стоимость продовольствия в следующем сезоне и может привести к новому витку продовольственной инфляции.

В итоге рынок газохимии хоть и демонстрирует некую неопределенность относительно роста производства в краткосрочной перспективе, все же не трансформируется во что-то принципиально новое из-за роста цен на углеводороды в разных точках планеты. Более того, правительства и крупный бизнес стран-экспортеров углеводородов стали еще активнее инвестировать в газопереработку.

Во-первых, потому что продукция такой отрасли всегда будет иметь спрос и климатическая повестка этому не преграда. Несмотря на рост количества ВИЭ проектов в энергетике Европы, Азии и других частях света, «зеленые» технологии пока не могут предложить адекватную, с коммерческой точки зрения, альтернативу удобрениям и другим продуктам газохимии, что необходимы для целого ряда отраслей.

Во-вторых, даже если цена на газ останется высокой, а система формирования стоимости «голубого топлива» не изменится, то у предприятий из РФ, США, Саудовской Аравии и других стран с большими запасами природного газа будет гарантированное преимущество в конкуренции из-за более дешевого сырья, а значит, есть смысл инвестировать в газохимические проекты.

Илья Круглей

WildWeb

Top.Mail.Ru